Версия для слабовидящих
30 ноября - 180 лет со дня рождения американского писателя Марка Твена (1835-1910)

«Я явился на свет в 1835 году вместе с кометой Галлея… Бог, наверное, решил: вот два причудливых необъяснимых явления…» Так о себе, о комете и о Боге мог сказать только самоуверенный и насмешливый Марк Твен, писатель, который ещё при жизни стал легендой.
Легенда о Марке Твене? Она существовала. Долгие годы не только для Соединённых Штатов, но для всего мира Твен являл собой символ Успеха, воплощение заветной американской мечты. Очевидцы утверждали, что туристы со всего света приезжали в США только для того, чтобы посмотреть на два чуда — Ниагарский водопад и писателя Марка Твена.
А ведь начиналось всё достаточно скромно… Двенадцатилетним подростком после смерти отца, судьи в маленьком провинциальном городке, Сэмюэл Ленгхорн Клеменс (так его звали тогда) без особого сожаления оставил школу и поступил учеником в типографию. Набирая объявления в местной газете, он, наверное, не мог и представить, что через несколько десятилетий газеты всего мира почтут за честь напечатать хотя бы фразу, строчку, новую шутку великого Марка Твена. Да и кто мог такое предположить?
В двадцать лет Сэм решается на весьма рискованный поступок. Он бросает спокойное сухопутное житьё-бытьё и уходит в лоцманские «щенки» — так называли на Миссисипи взятых на выучку парней. Уже через каких-то два года, «вызубрив» реку вдоль и поперёк, он с полным правом встанет у штурвала. Много позже он признается: «Поистине всё на свете суета сует, кроме лоцманского дела». Послушный штурвал, бескрайняя река и ничем не ограниченная свобода — что ещё нужно человеку? Ни-че-го!
Счастье, правда, никогда не бывает долгим. Вскоре гражданская война между Севером и Югом поставит точку в лоцманской карьере Клеменса. И всё-таки река останется с ним навсегда. «Марк твен!» («Мерка — два!») кричал на перекате, измеряя глубину, лотовый матрос, что значило — «До дна две сажени — проход свободен!» «Марк Твен» — эти два слова, два лучших для лоцмана слова, и стали вторым именем Сэмюэла Клеменса, когда пришло его время.
Но сначала была война, очень недолгое пребывание в армии южан, из которой он дезертировал буквально через несколько недель. Потом — Невада и Калифорния. Увы, ни серебряные рудники, ни золотые прииски не принесли ему богатства. И всё-таки он нашёл свою «золотую жилу». И оказалась она в небольшой провинциальной газете, куда Сэм поступил репортёром. Всего через несколько лет он (теперь действительно Марк Твен) стал известнейшим журналистом в Сан-Франциско.
Именно в эти годы, 60-е годы позапрошлого века, начинают появляться его рассказы, сделавшие имя их автора невероятно популярным. Ведь до Твена так не писал никто. Это было не просто смешно. Это был неистовый, грубоватый, буйный, стопроцентный американский юмор. Юмор фронтира — так называлась граница обжитых земель, которая во времена Твена едва перевалила через Миссисипи.
Кое-кто сейчас даже приписывает Твену сомнительную честь родоначальника так называемого «чёрного юмора». И, хотя, конечно, в его рассказах потрясающее количество разбитых голов, сломанных челюстей и подбитых глаз, главное в них — не это. Главное в них — фантастическая весёлость их автора, умудрявшегося «извлечь смех из каждого грана жизни».
Казалось, ничто не могло омрачить эту неистощимую весёлость. Тем более что у Марка Твена всё складывалось на редкость удачно. За шумным успехом его первых рассказов последовал такой же успех его путевых очерков «Простаки за границей» (1869) и «Налегке» (1872), которые он привёз из кругосветного путешествия и из поездок по родине. Потом появился роман «Позолоченный век» (1873, в соавторстве с Ч.Д.Уорнером), давший название целой эпохе в истории Соединённых Штатов. А ещё через три года увидела свет книга, просто вошедшая в анналы мировой литературы — «Приключения Тома Сойера» (1876). Книга, которую сам Твен окрестил «гимном в прозе».
Так удачливый фельетонист с Дикого Запада на глазах изумлённой публики уверенно становился кумиром читателей. Они его почти боготворили. За беспечный смех и блеск сарказма. За абсолютную свободу от всех предрассудков и любых догм. И ещё за то, что он умел быть новым и разным. Казалось, ему ничего не стоит шагнуть от «лучезарного» «Тома Сойера» к «сумеречному» «Гекльберри Финну» (1885). Или написать стремительную, озорную историческую сказку «Принц и нищий» (1882), а всего через год — роман-воспоминание «Жизнь на Миссисипи» (1883), самый свой лиричный и скорбный роман.
Но при всём разнообразии Твен везде оставался самим собой, по выражению Т.Драйзера «простым непосредственным гением», близким и понятным миллионам читателей.
Невероятный литературный успех принёс успех материальный. А после того как Марк Твен основал собственную издательскую фирму, которая тоже давала немалые доходы, он даже признался однажды: «Я испуган размерами своего успеха. Всё, к чему я прикасаюсь, превращается в золото». Так что легенда о баловне американской Фортуны имела под собой кое-какие основания.
В конце XIX века в одном из школьных сочинений на тему «Кем бы ты хотел быть?» какой-то американский мальчишка написал: «Я хотел бы быть Марком Твеном… во-первых, потому, что он такой весельчак, я думаю — он настоящий клоун… Во-вторых, потому что он так богат… у него миллионы… В-третьих, у него чудесная жена и чудесные дети». И всё это было чистейшей правдой. Но, увы, как и на Миссисипи, счастье оказалось недолговечным, почти иллюзорным.
Прежде всего рухнули миллионы, которые Твен, не скупясь, вкладывал во всевозможные чудеса техники. Его почти мальчишеская вера в каждое новое изобретение сыграла с ним злую шутку. В 1894 году издательство Твена признало себя неплатёжеспособным, а сам писатель почти до конца жизни попал в настоящую кабалу, выплачивая бесчисленные долги. Он выплатил всё — до последнего цента!
Но беда, как говорится, не приходит одна. Смерть жены и двух дочерей подтачивает и без того надорванные силы. Настроения мрачного пессимизма, разочарования во всём преследуют его. Вместо «самого весёлого писателя Америки» появляется гневный беспощадный сатирик, ядовитый сарказм которого не щадит никого, ни старушку Европу с её подгнившими тронами, ни молодую американскую демократию (чего стоит название памфлета «Соединённые Линчующие Штаты»), ни человечество вообще. Маска клоуна, весельчака спадает, и под ней оказывается лицо разочарованного, много страдавшего, печального человека.
И всё-таки он ещё по привычке шутит: «Я явился на свет в 1835 году вместе с кометой Галлея. Она снова появится в будущем году, и я думаю, что мы вместе исчезнем. Если я не исчезну вместе с кометой Галлея, это будет величайшим разочарованием в моей жизни. Бог, наверное, решил: вот два причудливых необъяснимых явления, они вместе возникли, пусть вместе и исчезнут». Эта шутка Марка Твена, оказалась пророческой. Действительно, в мае 1910 года космическая странница заглянула за своим земным собратом, и они ушли вместе… Ушли, чтобы по законам небесной механики возвращаться к нам снова и снова.
Ирина Казюлькина

Источник: http://bibliogid.ru/

 

Подпишись на новости сайта! Наш блог в LiveJournal
Мы в twitter! Смотри нас на YouTube!!!
Мы ВКонтакте! Мы на FaceBook!

Праздники России
Читайте книгу С.А.Санеева, посвященную истории детских библиотек Новороссийска
"Учреждение истинно просветительное..."

Опрос

Какое хищное животное нашего края считается самым мелким?
 
Яндекс цитирования
Rambler's Top100



Заготовка фруктов впрок    Косим - Чистим - Убираем    Игро Блок - Компьютерные мини игры