Версия для слабовидящих
22 августа - 105 лет со дня рождения писателя Леонида Пантелеева (н.и. Алексея Ивановича Еремеева) (1908-1987)

Первые десять лет жизни Алёши Еремеева были светлейшим временем. В сумрачно-сером Петрограде его детство было освещено и освящено тихими огоньками свечек и лампадок «у распятия, у Казанской, у Скорбящей, у Николы-Чудотворца, у Серафима Саровского». Через много-много лет и много страданий старый писатель напишет, что мирные церковные радости «на всю жизнь оставили след в памяти и душе».
Однако ни ханжой, ни святошей мальчик не стал. В зажиточной интеллигентной семье он рано полюбил и театр, и синематограф, и чтение — особенно чтение! Всё кончилось — или прервалось? — в октябре семнадцатого. Революция расколола Россию надвое, революция заставила людей жить двойной жизнью. Спасаясь от голода, семья Еремеевых бежит на Волгу. Ченцово, Ярославль, Мензелинск… «Убогая, вшивая, угарная, голодная и холодная жизнь. Детский дом. Сельскохозяйственная школа. Профтехническая школа. И будто в чёрную яму провалился. Уже ничего святого». Было воровство. Были лохмотья. Была тюрьма, из которой парень, слава Богу, попал в школу им. Ф.Достоевского — специальное заведение для беспризорных и бездомных детей революции. Судьба, словно устыдившись собственной свирепости, собрала здесь людей, способных выжить и спасти, — учителей «Шкиды». Им Алёша Еремеев был обязан своим новым рождением, или, лучше сказать, — воз-рождением.
Урок пошёл впрок: в 1927 году появилась книга под названием «Республика Шкид» — хроника нищей, весёлой, сумасшедшей и прекрасной жизни. На обложке стояли имена двух авторов: Г.Белых, Л.Пантелеев. С тех пор фамилию «Еремеев» никто не вспоминал — беспризорник из «Шкиды» превратился до конца жизни в писателя и публициста Л.Пантелеева.
Повесть имела бешеный успех. За десять последующих лет она издавалась десятки раз на десятке языков. Но в тридцать восьмом, когда Григорий Белых был арестован и убит вместе с другими «врагами народа», книгу запретили, и она опять появилась на свет только после смерти Сталина.
Л.Пантелеев уцелел. Во всяком случае — остался жив.
Его уже хорошо знали и любили как автора книжек о беспризорщине и гражданской войне. Это были не совсем обычные книги, не очень-то похожие на барабанную дробь тогдашней литературы. «Карлушкин фокус», «Портрет», «Часы», «Магнолии», знаменитая повесть «Пакет», наконец… Внутри каждой пантелеевской истории была беда, была правдивая правда прожитых лет. Но побеждённый и победитель видят прошлое по-разному. Пантелеев был победителем. Не потому, что «примкнул к большевикам», а потому что сохранил вкус к жизни, какой бы тяжкой она ни была. Самыми простыми словами он закручивал самые лихие приключения, смешил в каком-нибудь неожиданном месте, и удивлённый читатель вдруг понимал, что на самом-то деле в непредсказуемой реальной жизни от мозоли на левой ноге до ордена — один шаг.
Чем старше становился писатель, тем спокойнее и мудрее делались его книги.
В предвоенные годы чистые и светлые, как солнышко, рассказы для маленьких — «Белочка и Тамарочка», «Буква “Ты”», «Честное слово»… Вот уж где вроде бы ничего не происходит с точки зрения мирового прогресса — так, смешные детские мелочи. Но если каждый маленький мальчик, который дал честное слово, до конца его сдержит, весь мир станет лучше.
Однако история не читает детских книг: началась Великая Отечественная война.
Пантелеев едва не умер в блокадном Ленинграде, где чудом избежал ареста, а потом смерти от истощения. Свидетельством тому были дневниковые записи, рассказы «В осаждённом городе», «На ялике», «Новенькая». Спасённый вождём Союза советских писателей Александром Фадеевым и вывезенный в крайней стадии дистрофии Л.Пантелеев стал фронтовым журналистом.
После войны всё как будто успокоилось. Были удачные, интересные публикации — «Наша Маша», «Приоткрытая дверь», «Маленькие рассказы». Копились в рабочем столе дневники, записки, мемуары. Много времени уходило на переписку с читателями, детьми и взрослыми. Но радости не было. В последние годы он стал отшельником: умерла любимая жена Элико-Елена, дочь Маша часто лежала в больнице…
Никто не знал, что в тишине затворничества Алексей Иванович пишет свою последнюю книгу, которая называется «Верую!». Он завещал опубликовать её только через три года после смерти. Горькая исповедь, глубокое покаяние открыли миру совсем другого человека. Это было так не похоже на привычного и знакомого писателя Л.Пантелеева! Читатели думали, что знают его биографию, потому что познакомились когда-то, много лет назад, с повестью «Лёнька Пантелеев». И вот оказалось, что всё не так — ведь перед смертью люди не обманывают…
Сколько же их было в действительности, Пантелеевых? Может быть, это человек, болезненно, до мании преследования боявшийся ареста (страх за дворянское происхождение и за исповедание веры)? Или — сам когда-то беспризорный, вставший на защиту поднадзорного Солженицына? Признанный советский детский писатель-орденоносец? Православный христианин, десятилетиями не снимавший отцовского креста? Ответ может дать только Тот, о Ком он написал «Верую!».
Алексей Коновалов

Источник: http://bibliogid.ru/

 

Подпишись на новости сайта! Наш блог в LiveJournal
Мы в twitter! Смотри нас на YouTube!!!
Мы ВКонтакте! Мы на FaceBook!

Праздники России
Читайте книгу С.А.Санеева, посвященную истории детских библиотек Новороссийска
"Учреждение истинно просветительное..."

Опрос

Какое хищное животное нашего края считается самым мелким?
 
Яндекс цитирования
Rambler's Top100



Заготовка фруктов впрок    Косим - Чистим - Убираем    Игро Блок - Компьютерные мини игры